+7 (499) 938-69-47  Москва

+7 (812) 467-45-73  Санкт-Петербург

8 (800) 511-49-68  Остальные регионы

Бесплатная консультация с юристом!

Нарушение неприкосновенности частной жизни: статья 137 и 138 УК РФ о праве граждан на личную жизнь

1. Незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации —

наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

2. Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, —

наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от двух до пяти лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет или без такового, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет.

3. Незаконное распространение в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении, средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях информации, указывающей на личность несовершеннолетнего потерпевшего, не достигшего шестнадцатилетнего возраста, по уголовному делу, либо информации, содержащей описание полученных им в связи с преступлением физических или нравственных страданий, повлекшее причинение вреда здоровью несовершеннолетнего, или психическое расстройство несовершеннолетнего, или иные тяжкие последствия, —

наказывается штрафом в размере от ста пятидесяти тысяч до трехсот пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от восемнадцати месяцев до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от трех до пяти лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до шести лет или без такового, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до шести лет.

Комментарий к Ст. 137 УК РФ

В понятие «частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер .
———————————
См.: Определение КС РФ от 09.06.2005 N 248-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Захаркина Валерия Алексеевича и Захаркиной Ирины Николаевны на нарушение их конституционных прав пунктом «б» части третьей статьи 125 и частью третьей статьи 127 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации».

К сведениям, составляющим личную или семейную тайну, относятся не подлежащие оглашению данные, по мнению лица, которого эти сведения касаются. В то же время не могут составлять тайну сведения, ранее уже опубликованные тем или иным способом.

2. Объективная сторона преступления характеризуется активной формой поведения и выражается в выполнении одного из следующих альтернативных действий: 1) незаконного собирания сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия; 2) незаконного распространения таких сведений без согласия лица; 3) распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, что характеризует не только само деяние, но и способ его совершения.

3. Как собирание сведений может рассматриваться любой способ их получения — подслушивание, опрос осведомленных лиц, фотографирование, аудио-, видеозапись информации, ознакомление с документами и материалами, их похищение, копирование и др. Способ собирания сведений для квалификации рассматриваемого деяния как преступления значения не имеет. Главное, что эти сведения собираются незаконно, без согласия потерпевшего. Собирание сведений, сопряженное с проникновением в жилище, подключением к телефонной линии, образует совокупность составов преступления и должно квалифицироваться по совокупности преступлений (со ст. ст. 138 или 139 УК). Незаконность собирания сведений означает осуществление этих действий не на основаниях или с нарушением процедуры, установленной законом, не должным субъектом и т.д.

4. Под распространением сведений можно рассматривать любое незаконное или без согласия лица их доведение до сведения хотя бы одного лица. Способ распространения сведений не влияет на квалификацию деяния.

Распространение сведений в публичном выступлении означает доведение их до сведения иных лиц в выступлении, рассчитанном на неопределенно большую аудиторию, например, в выступлении перед избирателями, работающими на конкретном предприятии, на митинге, лекции и т.п.

Распространение сведений в публично демонстрирующемся произведении имеет место в тех случаях, когда указанные выше сведения включаются в содержание произведения и это произведение различными способами доводится до сведения иных лиц (в кинофильме, романе, произведении живописи и т.п.).

Под средством массовой информации понимается периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации.

В тех случаях, когда ответственность за распространение отдельных сведений установлена и иными статьями УК (например, разглашение тайны усыновления — ст. 155 УК), деяние следует квалифицировать по специальной норме в соответствии с ч. 3 ст. 17 УК. Если же сведения о частной жизни являются частью иных сведений, также охраняемых уголовным законом, например данные предварительного следствия, то разглашение таких сведений следует квалифицировать по совокупности преступлений по комментируемой статье и ст. 310 УК.

Собирание и распространение информации, основанное на положениях закона, например УПК, о полиции, об оперативно-розыскной деятельности, о средствах массовой информации и т.п., не образует рассматриваемого состава преступления.

5. Состав преступления формальный. Деяние окончено с момента выполнения противоправных действий по собиранию или распространению информации о частной жизни человека.

6. Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Мотив и цель не влияют на квалификацию преступления.

7. Субъектом преступления является вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

8. Квалифицирующим признаком рассматриваемого состава преступления является его совершение лицом с использованием своего служебного положения.

Поэтому для наличия квалифицированного состава преступления (ч. 2 комментируемой статьи) необходим специальный субъект. Им является любое лицо, незаконно собирающее или распространяющее сведения о частной жизни лица с использованием своего служебного положения.

Действия должностных лиц могут быть при наличии к тому оснований квалифицированы по совокупности с составом должностного преступления.

При решении вопросов о наличии рассматриваемого состава преступления следует исходить из необходимости обеспечения равновесия между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией правами и свободами — свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. ст. 23, 29, 33 Конституции), с другой (см. Постановление Пленума ВС РФ от 24.02.2005 N 3).

Статья 137. Нарушение неприкосновенности частной жизни

1. Незаконное собирание или распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации —
наказываются штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо принудительными работами на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

2. Те же деяния, совершенные лицом с использованием своего служебного положения, —
наказываются штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от двух до пяти лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет или без такового, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до пяти лет.

3. Незаконное распространение в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении, средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях информации, указывающей на личность несовершеннолетнего потерпевшего, не достигшего шестнадцатилетнего возраста, по уголовному делу, либо информации, содержащей описание полученных им в связи с преступлением физических или нравственных страданий, повлекшее причинение вреда здоровью несовершеннолетнего, или психическое расстройство несовершеннолетнего, или иные тяжкие последствия, —
наказывается штрафом в размере от ста пятидесяти тысяч до трехсот пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от восемнадцати месяцев до трех лет, либо лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от трех до пяти лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до шести лет или без такового, либо арестом на срок до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до шести лет.

Комментарий к статье 137 Уголовного Кодекса РФ

Отношения, которые находятся за пределами служебной и общественной деятельности человека, относятся к его частной жизни. Согласно Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23 Конституции РФ). Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются. Общественные отношения, складывающиеся по поводу реализации данного конституционного права, составляют основной объект рассматриваемого состава преступления. Факультативными объектами могут быть честь, достоинство человека.

Это интересно:  Статья 719 ГК РФ. Неисполнение заказчиком встречных обязанностей по договору подряда

Предметом преступления являются сведения о частной жизни лица, составляющие его личную или семейную тайну. Ее носителями могут быть предметы и документы, например выписки из истории болезни, фотографии, кассеты с аудиовидеозаписью указанных сведений и иные материалы.

В понятие частная жизнь» включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер .

Частная жизнь выражается в свободе общения между людьми на неформальной основе в сферах семейной жизни, родственных и дружественных связей, интимных и других личных отношений, привязанностей, симпатий и антипатий. Частную жизнь составляет распоряжение семейным бюджетом, личной собственностью, денежными вкладами, взаимоотношения в кругу семьи, родственников, друзей и знакомых, религиозные или политические убеждения, действия в соответствии с ними и др.

Частная жизнь характеризует поведение человека вне службы, вне производственной обстановки, вне общественного окружения в состоянии известной независимости от государства и общества и регулируется в основном нормами нравственности и морали. Если такое поведение лица выходит за пределы этих норм и нарушает нормы правовые, то оно не составляет понятия частной жизни, поскольку не только касается субъекта противоправных действий, но и может затрагивать интересы другого лица, общества или государства.

Частную жизнь не составляют и взаимоотношения, затрагивающие, ограничивающие права, честь и достоинство других лиц.

Объективная сторона преступления характеризуется активной формой поведения и выражается в выполнении одного из следующих альтернативных действий: 1) незаконного собирания сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без его согласия; 2) незаконного распространения таких сведений без согласия лица; 3) распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, что характеризует не только само деяние, но и способ его совершения.

Под собиранием сведений может рассматриваться любой способ ее получения — подслушивание, опрос осведомленных лиц, фотографирование, аудиовидеозапись информации, ознакомление с документами и материалами, их похищение, копирование и др. Способ собирания сведений для квалификации рассматриваемого деяния как преступления значения не имеет. Главное, что эти сведения собираются противоправно, без согласия потерпевшего. Собирание сведений, сопряженное с проникновением в жилище, подключением к телефонной линии, образует совокупность составов преступления и должно квалифицироваться по совокупности преступлений (со ст. ст. 138 или 139 УК РФ). Незаконность собирания сведений означает осуществление этих действий не на основаниях или с нарушением процедуры, установленной законом, недолжным субъектом и т.д.

К примеру, в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» к числу оперативно-розыскных мероприятий относятся: опрос, наведение справок, наблюдение, контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, прослушивание телефонных переговоров, снятие информации с технических каналов связи и некоторые другие мероприятия. Проведение мероприятий, не предусмотренных законом, означает их незаконность. Кроме того, запрещено и проведение оперативно-розыскных мероприятий и использование специальных и иных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации не уполномоченными на то законом физическими и юридическими лицами.

И наконец, законом установлено, что проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища допускаются на основании судебного решения и при наличии определенной информации.

Нарушение любого из приведенных положений будет означать незаконность действий лица при собирании сведений, являющихся предметом преступления, предусмотренного ст. 137 УК РФ.

Как распространение сведений можно рассматривать любое незаконное или без согласия лица их доведение до сведения хотя бы одного лица.

Распространение сведений в публичном выступлении означает доведение их до сведения иных лиц в выступлении, рассчитанном на неопределенно большую аудиторию, например в выступлении перед избирателями, работающими на конкретном предприятии, на митинге, в лекции и т.п.

Распространение сведений в публично демонстрирующемся произведении имеет место в тех случаях, когда указанные выше сведения включаются в содержание произведения и это произведение различными способами доводится до сведения иных лиц (в кинофильме, романе, произведении живописи и т.п.).

Под средством массовой информации понимается периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации.

Собирание и распространение информации, основанные на положениях закона, например уголовно-процессуального, о милиции, об оперативно-розыскной деятельности, о средствах массовой информации и др., не образуют рассматриваемого состава преступления.

Состав преступления формальный. Он окончен с момента выполнения противоправных действий по собиранию или распространению информации о частной жизни человека.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознает, что незаконно без согласия соответствующего лица собирает или распространяет сведения, составляющие его личную или семейную тайну, или распространяет эти сведения в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации и желает выполнить такие действия.

Субъект нарушения неприкосновенности частной жизни, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ, общий. Им является вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста.

Квалифицирующим признаком рассматриваемого состава преступления является его совершение лицом с использованием своего служебного положения.

Поэтому для наличия квалифицированного состава преступления (ч. 2 ст. 137 УК РФ) необходим специальный субъект. Им является лицо, незаконно собирающее или распространяющее сведения о частной жизни лица с использованием своего служебного положения. Это лицо необязательно должно быть должностным. Достаточно того, чтобы его служебное положение позволяло ему собирать сведения или воспользоваться ими по своему усмотрению. При этом место службы роли не играет. Это может быть государственный или муниципальный орган, государственная организация, частная организация и т.д.

Действия лиц, относящихся к должностным, могут быть при наличии к тому оснований квалифицированы по совокупности с составом должностного преступления.

Использование служебного положения должно проявляться в отношении действий, образующих объективную сторону состава преступления: собирания или распространения сведений. Поэтому, например, если директор выставочного зала собирает сведения о каком-либо лице, в его действиях не будет использования служебного положения. Но, если он распространяет эти сведения путем размещения в помещении выставочного зала, налицо квалифицированный состав преступления.

В тех случаях, когда нарушение неприкосновенности частной жизни осуществляется путем нарушения тайны переписки, телефонных переговоров и т.д., действия виновного подлежат квалификации по ст. 138 УК РФ (нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений), поскольку в этом случае ст. 137 УК РФ (в части собирания сведений) можно рассматривать как общую по отношению к ст. 138 УК РФ.

Если нарушение неприкосновенности частной жизни (собирание сведений) сопряжено с нарушением неприкосновенности жилища без отягчающих обстоятельств, деяние следует квалифицировать только по ст. 137 УК РФ. В тех же случаях, когда нарушение неприкосновенности жилища осуществлено при отягчающих обстоятельствах, будет иметь место совокупность преступлений, так как в этих случаях закон предусматривает более строгое наказание по сравнению с наказанием, установленным за нарушение неприкосновенности частной жизни.

Говоря о составе нарушения неприкосновенности частной жизни, следует обратить внимание на то, что применительно к данному преступлению, как и в предыдущем случае (применительно к ст. 136 УК РФ), ряд деяний, формально подпадающих под признаки рассматриваемого состава преступления, не является преступлением в силу малозначительности деяния. Так, с нашей точки зрения, не будет состава преступления, если, например, соседка подслушивает разговор соседей с целью выведать сведения об их семейной жизни и т.д.

При решении вопросов квалификации преступлений против ряда конституционных прав, как справедливо было отмечено Пленумом Верховного Суда РФ, в силу ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. При этом осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Принимая во внимание эти конституционные положения, суды должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией РФ правами и свободами — свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (ст. ст. 23, 29, 33 Конституции РФ), с другой .

Другой комментарий к статье 137 УК РФ

1. Предметом преступления являются сведения о частной жизни лица, составляющие его личную или семейную тайну. Содержание таких сведений может быть различным: они могут касаться прошлой деятельности лица, привычек, физических недостатков, сексуальной ориентации, духовной жизни, семейных и интимных взаимоотношений, имущественного и профессионального положения и т.п.

Носителями сведений могут выступать документы, фотографии, вещи и т.д. Они должны содержать информацию о частной жизни лица. Частную жизнь составляют те стороны жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других.

2. Объективная сторона преступления характеризуется альтернативными действиями:

1) незаконным собиранием сведений без согласия лица;

2) их незаконным распространением без согласия лица;

3) их распространением в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации.

Собирание — это, например, наблюдение, подслушивание, опрос людей, похищение, копирование, фотографирование документов или иных носителей. Распространение заключается в действиях, направленных на передачу сведений о частной жизни человека определенному кругу лиц или на ознакомление с данными сведениями неограниченного круга лиц.

Собирание и распространение сведений о частной жизни лица должно быть незаконным, т.е. совершаться в нарушение установленного законодательством порядка постороннего собирания и раскрытия указанных сведений.

Распространение сведений о частной жизни лица в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации предполагает доведение указанных сведений до большого числа людей.

3. Преступление признается оконченным с момента собирания или распространения сведений о частной жизни лица без его согласия.

4. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом.

5. Субъект преступления — лицо, достигшее возраста 16 лет. Виновным в преступлении может быть и человек, которому ранее потерпевшим была доверена личная или семейная тайна и который впоследствии разгласил ее без согласия последнего (например, супруг).

6. Квалифицирующим признаком (ч. 2 ст. 137) является совершение преступления лицом с использованием своего служебного положения (врач, педагог, адвокат, следователь, судья и т.д.).

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 октября 2018 г. N 36-П город Санкт-Петербург «по делу о проверке конституционности части первой статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части первой статьи 239 и пункта 1 статьи 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки А.И. Тихомоловой»

Комментарии Российской Газеты

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева,

руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями третьей и четвертой статьи 3, частью первой статьи 21, статьями 36, 47 1 , 74, 86, 96, 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,

рассмотрел в заседании без проведения слушания дело о проверке конституционности части первой статьи 10 УК Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части первой статьи 239 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации.

Это интересно:  Статья 497 ГК РФ. Продажа товара по образцам и дистанционный способ продажи товара

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданки А.И.Тихомоловой. Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявительницей законоположения.

Заслушав сообщение судьи-докладчика Н.В.Мельникова, исследовав представленные документы и иные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

1. Заявительница по настоящему делу гражданка А.И.Тихомолова оспаривает конституционность части первой статьи 10 «Обратная сила уголовного закона» УК Российской Федерации, части второй статьи 24 «Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела», части второй статьи 27 «Основания прекращения уголовного преследования», части первой статьи 239 «Прекращение уголовного дела или уголовного преследования» и пункта 1 статьи 254 «Прекращение уголовного дела или уголовного преследования в судебном заседании» УПК Российской Федерации.

Как следует из жалобы и приложенных к ней материалов, в связи с вступлением в силу Федерального закона от 3 июля 2016 года N 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности», которым, в частности, статья 116 «Побои» УК Российской Федерации была изложена в новой редакции, декриминализующей деяние, в совершении которого обвинялась А.И.Тихомолова, мировой судья, возбудивший в отношении нее 7 сентября 2015 года уголовное дело частного обвинения, поставил в состоявшемся 26 августа 2016 года судебном заседании вопрос о его прекращении по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации (за отсутствием в деянии состава преступления). Несмотря на возражения обвиняемой, которая просила рассмотреть уголовное дело по существу и вынести в отношении нее оправдательный приговор, мировой судья постановлением от 26 августа 2016 года дело прекратил, указав, что к этому моменту преступность и наказуемость инкриминируемого ей деяния устранены новым уголовным законом.

Останкинский районный суд города Москвы, рассмотрев апелляционную жалобу А.И.Тихомоловой, оставил постановление мирового судьи без изменения, а жалобу заявительницы без удовлетворения (апелляционное постановление от 8 декабря 2016 года). Не согласившись с указанными судебными решениями, А.И.Тихомолова обратилась в Московский городской суд, настаивая на том, что производство по ее уголовному делу должно быть прекращено в связи с отсутствием события преступления, однако постановлением от 30 марта 2017 года в передаче ее кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции было отказано. Судья Верховного Суда Российской Федерации, отказывая постановлением от 11 июля 2017 года, с которым согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации, в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции кассационной жалобы А.И.Тихомоловой, в которой утверждалось, что прекращение производства по ее делу по такому основанию, как отсутствие состава преступления, незаконно, поскольку отсутствует само событие преступления, отметил, что ее доводы могут быть проверены в порядке административного судопроизводства.

По мнению гражданки А.И.Тихомоловой, оспариваемые ею законоположения противоречат статьям 15, 17, 18, 19, 21, 23, 45, 46, 49, 52, 55, 118 и 123 Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют прекращать уголовное дело в связи с принятием закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, при категорическом возражении обвиняемого, чем создают условия, не позволяющие ему обжаловать в суде сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, законность и обоснованность выдвигавшегося обвинения, возражать против прекращения дела по данному основанию и тем самым препятствующие восстановлению нарушенных прав.

Соответственно, с учетом требований статей 36, 74, 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» часть первая статьи 10 УК Российской Федерации, часть вторая статьи 24, часть вторая статьи 27, часть первая статьи 239 и пункт 1 статьи 254 УПК Российской Федерации являются предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу постольку, поскольку на основании содержащихся в них положений в их взаимосвязи решается вопрос о прекращении возбужденного судом по заявлению потерпевшего или его законного представителя уголовного дела частного обвинения в связи с принятием закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, вопреки возражениям обвиняемого, настаивающего на вынесении решения по существу уголовного дела.

2. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому судебную защиту его прав и свобод на основе принципов равенства перед законом и судом, а также состязательности и равноправия сторон (статья 19, часть 1; статья 45; статья 46, часть 1; статья 123, часть 3), относит уголовное и уголовно-процессуальное законодательство к ведению Российской Федерации (статья 71, пункт «о») и наделяет федерального законодателя правом как устанавливать в законе ответственность за правонарушения, так и устранять ее, а также определять основания, порядок и условия, при которых возможен отказ от применения мер государственного принуждения, с учетом конституционной обязанности государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, охранять достоинство личности, нравственность, здоровье, честь и доброе имя каждого (статьи 2 и 18; статья 21, часть 1; статья 23, часть 1; статья 55, часть 3).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, правосудие в Российской Федерации, которое согласно статье 118 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации осуществляется только судом, в частности посредством уголовного судопроизводства, по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах; исходя из этого государство обязано гарантировать защиту прав как собственно участников уголовного процесса, так и всех тех, чьи права и законные интересы непосредственно затрагиваются при производстве по уголовному делу, в том числе обеспечивать им надлежащие возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов на всех стадиях уголовного судопроизводства любыми не запрещенными законом способами; в свою очередь, суд как орган правосудия призван обеспечивать в судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, т.е. законного, обоснованного и справедливого, решения по делу (постановления от 2 февраля 1996 года N 4-П, от 8 декабря 2003 года N 18-П, от 14 июля 2011 года N 16-П, от 2 июля 2013 года N 16-П и др.).

3. В порядке конкретизации положений статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации часть первая статьи 10 УК Российской Федерации закрепляет, что уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость.

Вместе с тем — исходя из того, что, по общему правилу, преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время его совершения, каковым признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий (статья 9 УК Российской Федерации), — решением о прекращении уголовного дела в случае, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость соответствующего деяния были устранены новым уголовным законом, констатируются, с одной стороны, наличие самого деяния, содержавшего признаки преступления, а с другой — отсутствие в нем преступности и наказуемости по смыслу нового уголовного закона. В таком случае применение нового уголовного закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, не связано с оценкой правомерности имевшего место уголовного преследования как процессуальной деятельности, осуществляемой стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (пункт 55 статьи 5 УПК Российской Федерации), и не предопределяет ее, а прекращение уголовного преследования — хотя и со ссылкой на пункт 2 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации (отсутствие в деянии состава преступления) — не порождает у подозреваемого или обвиняемого права на реабилитацию и не свидетельствует ни о законности и обоснованности выдвинутых обвинений, ни о восстановлении его чести и доброго имени.

3.1. Необходимость получения согласия подозреваемого, обвиняемого на прекращение уголовного дела по нереабилитирующему его основанию обусловливается требованием соблюдения гарантируемых Конституцией Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, которое в силу ее статьи 123 (часть 3) осуществляется на основе принципа состязательности, предполагающего, что стороны самостоятельно и по собственному усмотрению определяют свою позицию по делу, в том числе в связи с вопросом об уголовной ответственности. Следовательно, если подозреваемый, обвиняемый не возражает против прекращения уголовного преследования, нет оснований считать его права и законные интересы нарушенными решением о прекращении уголовного дела (при условии его достаточной обоснованности).

Развивая приведенную правовую позицию, изложенную в Постановлении от 14 июля 2011 года N 16-П, применительно к возможности прекращения уголовного дела публичного обвинения в связи с отсутствием в имевшем место деянии состава преступления, если преступность и наказуемость соответствующего деяния были устранены новым уголовным законом до вступления приговора в законную силу (пункт 2 части первой и часть вторая статьи 24 УПК Российской Федерации), в случае, когда подозреваемый, обвиняемый возражает против этого, Конституционный Суд Российской Федерации указал: решением о прекращении уголовного преследования обеспечивается реализация вытекающего из статей 19 (часть 1) и 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации требования равных оснований для распространения нового уголовного закона на лиц, которые согласно статье 49 Конституции Российской Федерации и статье 14 УПК Российской Федерации применительно к вопросу об уголовной ответственности считаются невиновными, независимо от того, до или после его принятия было совершено деяние; такое решение констатирует отсутствие преступности и наказуемости деяния по смыслу нового уголовного закона и, соответственно, не влечет для лица каких-либо уголовно-правовых последствий; напротив, оно направлено на защиту прав этого лица и само по себе не может рассматриваться как причинение ему вреда, учитывая, что вопрос об уголовной ответственности за деяние, утратившее качество преступности, исключается в принципе и уголовное преследование в отношении подозреваемого, обвиняемого подлежит прекращению (Постановление от 19 ноября 2013 года N 24-П).

Однако, не будучи непосредственным выражением конституционных принципов гуманизма, справедливости, законности и презумпции невиновности, прекращение уголовного преследования по такому основанию, как устранение новым уголовным законом преступности и наказуемости инкриминируемого лицу деяния, предполагает необходимость обеспечить этому лицу доступ к правосудию для защиты его прав и законных интересов в рамках уголовного судопроизводства. Данный вывод подтверждается неоднократно выраженными Конституционным Судом Российской Федерации правовыми позициями, в соответствии с которыми виновность обвиняемого в совершении преступления в силу статьи 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации устанавливается только вступившим в законную силу приговором суда, постановленным на основе исследования доказательств в предусмотренном федеральным законом порядке; постановление о прекращении уголовного дела — тем более если оно вынесено в связи с отсутствием в деянии состава преступления — по своему содержанию и правовым последствиям не может рассматриваться в качестве акта, которым устанавливается виновность в смысле названной конституционной нормы; если новым уголовным законом устраняются преступность и наказуемость какого-либо деяния, то в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления констатируется невозможность дальнейшего осуществления уголовного преследования в отношении подозреваемого или обвиняемого, хотя ранее выдвигавшиеся против него обвинения и не признаются необоснованными; выявление в ходе судебного разбирательства оснований для прекращения уголовного дела не освобождает суд от необходимости выяснения позиций сторон по данному делу и исследования представленных ими доводов; положения статей 24, 27, 47, 133, 239 и 254 УПК Российской Федерации не препятствуют суду рассмотреть находящееся в его производстве уголовное дело, если до вынесения приговора новым уголовным законом устраняются преступность и наказуемость инкриминируемого обвиняемому деяния, и решить вопрос о признании (или об отказе в признании) за ним права на реабилитацию и не лишают обвиняемого права на доступ к правосудию и права на эффективную судебную защиту (постановления от 28 октября 1996 года N 18-П, от 24 апреля 2003 года N 7-П и от 8 декабря 2003 года N 18-П; определения от 5 ноября 2004 года N 359-О, N 360-О, N 361-О и N 362-О).

Это интересно:  Статья 1228 ГК РФ. Автор результата интеллектуальной деятельности

Такой подход согласуется с обязанностью государства охранять достоинство личности (статья 21, часть 1, Конституции Российской Федерации), которое, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, выступает основой всех прав и свобод человека и необходимым условием их существования и соблюдения (постановления от 3 мая 1995 года N 4-П, от 15 января 1999 года N 1-П, от 20 декабря 2010 года N 21-П и от 14 июля 2011 года N 16-П). В противном случае нарушались бы не только предписания статей 21 (часть 1), 23 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 53 Конституции Российской Федерации, закрепляющие право каждого на защиту достоинства личности, чести и доброго имени от незаконного и необоснованного уголовного преследования, на обеспечение государством доступа к правосудию и компенсации причиненного ущерба, но и провозглашенный ее статьей 19 принцип равенства всех перед законом и судом.

3.2. Особенности уголовного судопроизводства по делам частного обвинения предопределяются спецификой рассматриваемых в данном порядке уголовных дел, которые, как следует из части второй статьи 20 УПК Российской Федерации, по общему правилу, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Заявление в отношении конкретного лица, которое подается потерпевшим или его законным представителем в суд (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части первой и частью четвертой статьи 147 УПК Российской Федерации), не только признается поводом к возбуждению уголовного дела, но и рассматривается, по сути, в качестве обвинительного акта, в рамках которого осуществляется уголовное преследование.

Устанавливая такие правила, федеральный законодатель наделил потерпевшего правом самостоятельно осуществлять уголовное преследование — обращаться за защитой своих прав и законных интересов непосредственно в суд и доказывать как факт совершения преступления, так и виновность в нем конкретного лица, минуя обязательные в иных ситуациях (по делам частно-публичного и публичного обвинения) процессуальные стадии досудебного производства (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2005 года N 7-П и от 17 октября 2011 года N 22-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 сентября 2013 года N 1336-О и от 23 октября 2014 года N 2534-О).

Вместе с тем согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, предусмотренном данным Кодексом (часть вторая статьи 8, пункт 1 части первой статьи 29), и только суд может установить обоснованность обвинения и принять решение о виновности подсудимого посредством обвинительного приговора (пункт 28 статьи 5). Только в этом случае, как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 17 октября 2011 года N 22-П, предъявленное, в том числе частным обвинителем, обвинение трансформируется в государственное осуждение, на основе которого может назначаться мера государственного принуждения или применяться освобождение от нее.

При этом продолжение рассмотрения уголовного дела частного обвинения судом при наличии со стороны обвиняемого возражений против его прекращения в связи с принятием закона, устраняющего преступность и наказуемость инкриминируемого ему деяния, не может рассматриваться как недопустимое по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированных в Постановлении от 19 ноября 2013 года N 24-П, продолжение уголовного преследования за деяние, преступность и наказуемость которого уже устранены: вопросы о наличии события преступления, о совершении деяния, хотя и утратившего уголовную противоправность, конкретным лицом, о правовой оценке деяния (события преступления) разрешаются судом на основе представленных частным обвинителем материалов и приводимых подсудимым доводов, опровергающих доказательства стороны обвинения и подтверждающих его непричастность к преступлению (невиновность), с тем чтобы вынести правосудное, законное и обоснованное решение, опирающееся на личное и непосредственное исследование представленных доказательств.

Таким образом, приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сохраняющие свою силу и применимые к делам частного обвинения с учетом их особенностей, предполагают обязанность суда, в производстве которого находится возбужденное им по заявлению потерпевшего или его законного представителя уголовное дело, в случае устранения новым законом преступности и наказуемости деяния, инкриминируемого обвиняемому, при его возражениях против прекращения уголовного дела по такому основанию выяснить его позицию по данному делу и в процедуре рассмотрения дел частного обвинения установить обоснованность или необоснованность обвинения. Иное свидетельствовало бы об отказе обвиняемому по делу частного обвинения в правосудии, о вынесении судом решения, констатирующего наличие события преступления, совершение деяния, хотя и утратившего уголовную противоправность, конкретным лицом, о правовой оценке деяния (события преступления) без исследования судом обстоятельств произошедшего и имеющихся доказательств, приводило бы к нарушению принципа равенства перед законом и судом, равноправия сторон судопроизводства, к ограничению прав участников уголовного процесса, в том числе права опровергать обвинение, приводить доказательства своей непричастности к преступлению (невиновности) и возражать против прекращения дела по основанию, констатирующему совершение именно этим лицом деяния, хотя и декриминализованного новым уголовным законом, но являвшегося преступным на момент его совершения.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 47 1 , 71, 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать взаимосвязанные положения части первой статьи 10 УК Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части первой статьи 239 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования они предполагают, что суд, в производстве которого находится возбужденное по заявлению потерпевшего или его законного представителя уголовное дело частного обвинения, обязан выяснить позицию обвиняемого относительно прекращения данного дела в связи с принятием закона, устраняющего преступность и наказуемость инкриминируемого ему деяния, и только при наличии его согласия вправе прекратить уголовное дело; в случае, если обвиняемый возражает против прекращения уголовного дела в связи с принятием закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, суд обязан рассмотреть данное дело по существу в рамках процедуры производства по делам частного обвинения и, исследовав имеющиеся доказательства, либо постановить оправдательный приговор, либо прекратить уголовное дело по указанному основанию.

2. Конституционно-правовой смысл взаимосвязанных положений части первой статьи 10 УК Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части первой статьи 239 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации, выявленный в настоящем Постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике.

3. Правоприменительные решения по делу гражданки Тихомоловой Анны Ильиничны, принятые на основании части первой статьи 10 УК Российской Федерации, части второй статьи 24, части второй статьи 27, части первой статьи 239 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации в истолковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в настоящем Постановлении, подлежат пересмотру в установленном порядке.

4. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу со дня официального опубликования, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

5. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете», «Собрании законодательства Российской Федерации» и на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru). Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации

Статьи УК РФ о проникновение в личную жизнь

Что понимается под вмешательством в личную жизнь

Основные принципы неприкосновенности частной жизни, которая гарантируется каждому гражданину, состоят в следующем:

  • Частная жизнь – это любая информация о жизни человека, не являющаяся общедоступной;
  • Государство гарантирует человеку возможность лично определять, какие сведения о себе он хочет распространять, а какие оставить в тайне;
  • Гарантия выражается в полном невмешательстве в личную жизнь, как со стороны третьих лиц, так и самого государства;
  • Под запретом находится как распространение личных данных, так и сбор, и иное использование их без согласия самого гражданина;
  • В случае нарушения кем-либо права человека на частную жизнь, пострадавшему гарантируется помощь правоохранительных органов.

Таким образом, если вы забыли личное письмо в магазине, а продавец прочитал его, это не будет являться вторжением в личную жизнь, так как последний специально не собирал информацию о вас. Но при этом если ваш сосед при помощи специальных устройств подслушивает ваши личные телефонные разговоры, ему грозит ответственность за вторжение в личную в жизнь по соответствующей статье УК РФ .

Виды вторжения в личную жизнь

Выделяют 3 основных вида вторжения в частную жизнь:

Вторжение в личные дела

Этот вид вмешательства в частную жизнь предполагает привлечение к ответственности даже без разглашения личных данных другим лицам (ст.137, 138 УК ). В частности, к этому виду вторжения можно отнести:

Присвоение имени или внешности

Такой тип вторжения характерен для рекламных компаний. Некоторые организации, рекламируя тот или иной свой продукт, используют имя или фотографии знаменитостей, чтобы привлечь покупателя. Если такие действия производятся без согласия лица, чьё имя или внешность используют, это является преступлением, предусмотренным ст.137 УК .

Распространение сведений о частной жизни

Ответственность наступает за разглашение персональных данных о личной жизни гражданина, которые стали известны другому человеку по каким-либо причинам. Например, женщина пригласила оператора для съемки родов, чтобы оставить эту запись в своём личном семейном архиве, о чём было известно оператору. Если последний любым образом обнародует запись, например, разместит её на своей странице в социальных сетях, его поведение можно расценить как вторжение в личную жизнь по статье 137 УК .

Нарушение тайны переписки и других сообщений

Закон устанавливает особый порядок ознакомления с личной перепиской и телефонными переговорами граждан. В частности, без ведома человека можно прослушивать его разговоры и просматривать переписку только по решению суда или с санкции прокурора. Если другой человек нарушает эти правила, он совершает преступление, предусмотренное ст.138 УК РФ .

Привлекать лицо к уголовной ответственности можно независимо от того были ли полученные им сведения обнародованы или нет. Для лиц, достигших 16-летнего возраста, за такие деяния предусмотрены следующие наказания:

  • Штраф до 80 000 рублей;
  • Обязательные работы;
  • Исправительные работы на один год.

Преступник, получивший доступ к личной переписке или телефонным переговорам другого лица, используя своё служебное положение, будет отвечать по ч.2 ст.138 , которая предусматривает:

  • Штраф от 100 до 300 тысяч;
  • Лишение права осуществлять определённую работу сроком от 2 до 5 лет;
  • Обязательные работы на 480 часов или меньше;
  • Принудительные работы;
  • Арест на 4 месяца;
  • Лишение свободы до 4 лет.

Преступнице назначили обязательные работы за то, что она, используя свои полномочия, добыла из базы данных сотового оператора сведения о телефонных переговорах одного абонента и передала их своей подруге.

Статья написана по материалам сайтов: stykrf.ru, ukrf24.ru, rg.ru, lexconsult.online.

»

Помогла статья? Оцените её
1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars
Загрузка...
Добавить комментарий

Adblock detector